
Алексей с недоумением посмотрел на него и пожал плечами.
И впрямь, как немому офене продать свой товар, если не кричать о нем на весь белый свет?
Глаза Ивана сузились.
— Он не товар рассыпал, Алешка. Он эту девку не позволил задержать. И нас провел, как сопливых младенцев. — Вавилов вопросительно посмотрел на Алексея:
— Ты что-нибудь понимаешь?
— Пока нет, но сдается мне, что он не из охранного отделения. И, кажется, «монашку» и впрямь прикрывал. Но почему ж тогда не ввязался в драку?
— Да, задачка! — Иван подмигнул приятелю:
— Но не по нашему ведомству, поэтому давай-ка сваливать отсюда подобру-поздорову, иначе опять в какую-нибудь заварушку влезем. — Он задрал рукав сюртука и стал рассматривать приличную ссадину — след от удара о стену дома. Затем вздохнул, направив взгляд в сторону Разгуляя. — Знаешь, Алешка, я такого театра в жизни не видел. Чистая ведьма, а не девка! От шести мужиков отбилась, а как на лошадь взлетела! А посох этот! Ты заметил, как она ловко им орудовала? — Он помолчал мгновение и пристально посмотрел на Алексея:
— Придется Тартищеву доложить, как ты считаешь?
— Придется, — вздохнул Алексей, — представляешь, как он нам гривы расчешет, когда узнает, что мы в потасовку ввязались, а по какому поводу, не узнали.
— Узнаем, — хлопнул его по плечу Иван, — какие наши годы! — И предложил: — Пошли, что ли?
— Пошли! — вздохнул Алексей и оглянулся на гору, по которой разбежались кривые улочки Разгуляя. И там, в его недрах, словно молотком ударили два раза: стреляли из револьвера. Следом — еще раз… Агенты Ольховского продолжали преследовать странных всадников в черных балахонах…
Глава 3
Иван нервно вышагивал взад-вперед по палубе дебаркадера и шепотом ругался. До отхода парохода оставалось десять минут, багаж находился в каютах, матрос, стоящий у сходней, то и дело выразительно посматривал на него, а об Алексее не было ни слуху ни духу. Правда, денщик Тартищева, Никита, доставил его багаж на пристань и передал записку, в которой Алексей, видимо, на ходу сообщал, что его срочно вызвали в управление полиции по поводу ограбления купца первой гильдии Чурбанова, известного в городе коллекционера.
